|
Что выросло из пустоши «Черёмошье» часть 2
Москва кирпича просит
Известно, что пожар Москвы... (01.04.2026)
| |
Что выросло из пустоши «Черёмошье» часть 2
Москва кирпича просит
Известно, что пожар Москвы времен Наполеоновского нашествия «способствовал ей много украшенью». А трудились над возрождением Первопрестольной именно крестьяне Троицкого-Черёмушек. Производство кирпичей в этой местности развернулось после Отечественной войны 1812 года, когда сгоревшую при отступлении французов Белокаменную стали восстанавливать.
Глину добывали близ заводов, на пустошах. Богатство залежей минерального сырья и простота производства приносили быструю прибыль. Заводы стояли даже на землях церкви Святой Троицы — и каждый собственник из недалеких недр своей земли старался извлечь прибыль.
Черёмушкинский завод, последнее и самое крупное из кирпичных производств, дольше всех выдерживал испытание временем. В советское время его сушильные сараи могли вытянуться на расстояние в 33 километра! Обжиг проводился в гофмановских печах, отапливаемых торфом. В 1976 году завод отметил свое столетие. Последним в наше время держался только керамический цех (на углу улиц Новочёремушкинская и Дмитрия Ульянова). Но и на его месте теперь возведены жилые дома.
Зачем ты в наш колхоз приехал?..
Колхозные времена Черемушек были, так сказать, каноническими. Учредители общественного хозяйства, 18 «политически подкованных» крестьян провели общее собрание населения, предложив изъять имущество у «лишенцев». 28 января 1930 года в Черемушках-Троицком началась новая жизнь. Колхозу, который, как вы можете догадаться, получил название «Им. Тов. Сталина», был передан в трудовое пользование плодоносящий сад в 2,53 га – 40 штук яблонь, 380 штук вишни по, 120 штук сливы. Сад был утрачен. Что случилось с раскулаченными, доподлинно неизвестно.
Когда после Великой Отечественной войны снова составляли планы землепользования Черемушкинского колхоза, количество земель и конфигурация территории несколько изменились. Бригадиры отмечали на окраинах территории несколько участков, доставшихся колхозу после разработки глины без рекультивации, которые нельзя было пустить ни под пашню, ни под огороды, ни даже под выгон для скота. То есть, кирпичный промысел окончательно погубил сельское хозяйство юго-западной окраины Москвы.
Пятёрочка в Черёмушки не ходила!
Некогда популярен был шлягер: «Трамвай, пятёрочка, вези в Черёмушки меня». Слушая это музыкальное произведение в исполнении вокально-инструментального ансамбля «Любэ», многие возмущались: пятый номер трамвая в Черёмушки не ходил, не ходит и вряд ли будет ходить! Автор текста поэт Михаил Андреев оправдывался: эту песню совместно с Игорем Матвиенко он сочинил про город Томск, где тоже есть свои Черёмушки — а у москвичей де Москва в голове колом встала. Дотошные ценители установили: в Томске пятёрка в Черёмушки тоже не ходит!
И чуть в пылу дискуссии не «вылили младенца вместе с водой»: суть не в номерах, а в поэтических взаимосвязях: трамваи и Черёмушки — излюбленные объекты лириков. Конечно, никто не отменял старой московской поговорки: «Кто жил на улице с трамваем, спокойно не уснет вовек». Тем не менее, именно трамваи становятся героями песен, стихотворений и живописных полотен.
По заветам Ле Карбюзье
А что же было возведено на месте старого села Троицкое-Черемушки? «Дом нового быта на улице Шверника», как его называли проектировщики, - здание революционное. Этот комплекс, который официально называется «Домом аспиранта и стажера МГУ» (ДАС), творчески развивает идею домов-коммун конца 1920-х годов, культивируемую знаменитым Ле Карбюзье. Суть идеи выражается в простой и холодной формуле: «дом — машина для жилья».
Собственно, в ДАС данная идея материализована вполне: комплекс построен аккурат на трупе села Троицкого. ДАС изначально проектировался не как общежитие, а как жилой дом для так называемых «малодетных» семей и людей несемейных. Он предназначался в первую очередь для молодых и «современных» жильцов: в 812 квартирах предполагалось поселить 2,5 тысячи человек. Жилплощадь, соответственно духу времени, предполагалась минимальной, зато их внутреннее устройство должно было быть максимально эргономичным, вся мебель – встроенной, внутренние перегородки – раздвижными, светильники – по всей плоскости потолка.
По окончанию строительства в 1971 году здание было передано МГУ для разгрузки общежития в Главном здании. Как бы то ни было, ДАС стал частью великой истории Москвы.
|
|
|
|
ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ
